Стихи-монстры
Деградация – это не нечто локальное. Это - как проникающая радиация: она везде. Деградацией пронизаны многие социальные слои, социальные процессы. Не могут спастись от нее и творческие люди.
Если «иммунитет» прозы высок, то поэзия с наслаждением отдалась деградации. Для этого есть и предпосылки – ленность, шизофрения, отсутствие душевного влечения к поэзии, если угодно – отсутствие любви к ней, литературе вообще, примитивное желание сразу покорить общество, слепое поклонение кумирам. Целые полчища эпигонов в поэзии! Все это порождает примитивизм, и стихотворения все больше превращаются в «поэтические простыни» или «лоскуты» без всякого ритма, рифмы и даже знаков препинания, смысла. И получается: стихотворения или то, что пытаются за них выдать, не рождаются в творческих муках, а легко и просто выкакиваются.
Следует сказать, что это явление - порождение социума, и его необходимо принимать в сфомировавшемся виде. Но, полагаю, мало найдется почитателей подобной поэзии, поскольку Поэзия воспринимается всё же сердцем, душой, а не всей сомой или пятой точкой. Поэтому многие стихописаки пишут для себя и себе подобных.
22 июня, скорбный день в истории нашей страны, но, оказывается, память, символы Великой Победы у кого-то как кость в горле.
Я привожу без комментариев стихотворение Татьяны Сивец, опубликованное в «ЛіМе» 22 июня 2012 года.
***
Доктар, мне штосьці перашкаджае
дыхаць i гаварыць!
Доктар, вы можаце гэта з горла
майго ўзяць i выразаць назаўсёды?
Не, спачатку было нічога...
Нават пэўная асалода...
Быццам бы там жылі два заўзятыя дудары...
Ды пасварыліся, вырашылі завастрыць
Свае гукі, парэзаць рукі,
усёю мной завалодаць...
І разбурыць...
Я вышуквала лекі па Гугле i лемантары,
Але ў выніку ўсё ўнутры мяне
абярнулася дагары!..
Доктар, у вас пальцы такія халодныя...
А адчуванне такое,
што нешта ўва мне гарыць!
Доктар, калі раней спявала,
енчыла, падала ў небыццё,
Мне нічога не каштавалі ноты гэтыя,
слёзы, крокі,
А цяпер я быццам крыштальны, крохкі
Інструмент, напоўнены пачуццём...
І я плачу, бачыце, як дзіцё!
Бо няма нi сыходу мне, ні палёгкі,
Нi царква не ратуе больш,
Hi касцёл...
Ад уздыху кожнага паскараецца крывацёк,
Чуеце? Што ж пазіраеце,
быццам на адкрыццё,
На вусны мае, запясці, калені, локці?..
Дайце лекі мне ад шаленства!
Я ж ведаю, вы дасцё!..
Мне штохвілінна коле, драпае ды ipвe...
На змаганне, доктар,
наогул не засталося змогі
Забываюся, адрываюся ад падлогі
Каб упасці долу і зноўку — уніз-уверх!..
Як гэта называецца, доктар? Магчыма, звер,
Што аніяк не вырвецца
з цёплай сваёй аблогі?..
Можа, там нехта хаваецца ад завей?..
Хто там няспынна, нястомна мяне заве?!.
Доктар мне кажа, што ўсё да раніцы зажыве,
З горла майго выцягвае зорачку
з помніка Перамогі,
Глядзіць убок i гладзіць па галаве...