Яшчэ зялёны лёд не хрумснуў.
Яшчэ
   нецалаваных вуснаў
не апаліў
   гарачы хмель.
Яшчэ галінкаю вярбовай,
развёўшы фарбы снегіровай,
мароз малюе акварэль…

Генадзь ПАШКОЎ, 1980
Вы тут: Главная»Рубрики»Писатели»В Союзе писателей Беларуси»

Сорока-ворона не только кашку варит

08/08/2018 в 20:08 Алесь Новікаў юмор

 

Сорока-белобока (Yablor.ru)

 

В доме комфортно. Но вот солнышко повернуло в окна со стороны моей комнаты и… Пошел посмотреть на термометр за окном. С северной стороны в тени – 28 градусов. По Цельсию, конечно. Подумал: надо закрыть окно. Тут легкие многочисленные тучки стали закрывать светило, я сразу почувствовал прохладу и остановил свой порыв.

 

Многих животных и птичек видел у себя в саду и на подоконнике, решетках окон. Заснял даже лису, куницу, ежа. Зайцев – вредителей моего молодого сада – не успел запечатлеть. Как-то двое, размером с хорошую собаку, галопировали к забору из глубины сада.

 

Несчастную Алису тоже одолевают блохи...

 

Виноградные улитки, огромных размеров слизни, ящерицы, жабы и лягушки, шмели, пчелы и даже клопы на малине позировали мне перед замечательным фотоаппаратом Olympus-500UZ, который снимает макро до мельчайшего волоска или трещинки.  

 

Куница греется на теплых камнях под окном кухни

 

Птицы – скворцы, дрозды (по мне, так мерзкие создания, объедают вишню, черешню, иргу, красную смородину, портят яблоки...), сойки, трясогузки, даже какие-то ярко желтые, похожие на попугаев, не говорю уже о воробьях – частые мои гости. Но вот сороку, наверное не видел. Или всего один раз и уже забыл. И вот…

 

Скользкая красавица, одна из заставок на моем компе

 

Я подумал, что мне на подоконник упал метеорит – так грохнули когти сороки по нему. Тут же воровка перескочила на решетку и ловко на ней уселась. Я даже опешил и в порыве сказал ей неуверенно в приоткрытое окно сквозь москитную сетку: – Кыш, девушка.

 

Сорока повернула голову и посмотрела на меня. Причем, смотрела относительно продолжительное время, не моргая. Так делал мой йоркшир Той, когда обижался. Затем птичка отвернулась от меня, показывая свое полное безразличие.

 

Лучший в мире Той...

 

Белобока была упитанная, и я сказал в сердцах негромко: «во, блин, куры разлетались тут…»

 

Сорока снова посмотрела на меня и… будто отчеканила: – Думай, что говоришь.

 

Снова длительный фиксированный взгляд. Я посмотрел на часы – 17:20, день. Ущипнул себя за оголенную ногу – больно. Нет, не сон. Хотя бывали вложения снов, и я иногда не мог никак понять, что это все еще не реальность. Решил действовать, как в осознанном сновидении. Не все понимают, что это такое, но речь не о нем.

 

– И что ты пернатая хочешь от меня? – спросил я у сороки.

 

– Ты можешь ко мне обращаться просто – «сорока»?  Или «девушка»?

 

Мне даже почудилось, что пернатая выражает кокетство. Видно ей понравилось такое обращение. Я чуть было не рассмеялся, но лишь промямлил: – Извини, прекрасная сорока, что ты от меня хочешь?

 

Мне показалось, будто ей понравилось такое обращение и сорока даже как-то шаркнула своей ножкой по ребру решетки.

 

– Я тебе могу показать, что у меня на хвосте написано, но ты в очках, можешь и не разглядеть, потому скажу прямо…

 

– Давай, – уже спокойно, как так и надо, согласился я.

 

– Недавно состоялся Президиум Союза писателей Беларуси.

 

Я отчетливо раскрыл рот и замер.

 

– Рот закрой, – молвила сорока.

 

– И что в этом событии интересного? – удивился откровенно я и продолжил – они разве сейчас не бульбу копают на дачах?

 

– В том-то и дело. На мероприятии присутствовало девять человек. Так еще и не все члены Президиума.

 

– Подожди…

 

Я полез за справочником, чтобы сосчитать количество членов этого важного рабочего органа СП. Ворона проявила явное недовольство. Вероятно, ей хотелось выговорить сразу всю новость.

 

Оказалось, что Президиум числом в сорок четыре члена. Т.е., для кворума необходима половина – двадцать две писательских и не только единицы.

 

– Так надо 22 члена, – начал я. Но сорока уже затрещала:

 

– Я не грамотная, считаю только до семи, что сказали, то и передаю.

 

– А что тебе еще сказали, – полюбопытствовал я.

 

– Матвиенко там был.

 

«Это уже интересно», – подумалось, хотел что-то уточнить, но сорока продолжила: – Сидел черный и глаз не поднимал…

 

«Вот это да»! Сразу стал прикидывать версии. Хотел еще пораспрашивать сороку, но тут над моим домом в вышине военный самолет перешел в свехзвуковой режим, – такого не слышал никогда здесь, – сорока мгновенно соскочила с решетки и улетела.     

 

Как говорил Штирлиц, или еще кто-то – запоминаются последние слова в разговоре. Я все думал: с чего бы Анатолию Матвиенко быть «черным»? Что-то напакостил председателю, своему кормильцу и поильцу? Или не хочет участвовать в возможных преступлениях? Ведь он юрист. Да и хорошо знает, что у старика ничего не держится на языке, все разносится, как и сорокой…

 

В общем, озадачила меня пернатая красавица не на шутку. Надо ехать на Круглую площадь. Там часто встречаю писателей. Некоторые ходят такие же черные, как и Матвиенко…

 

Александр Новиков (#АлесьНовікаў)

Оставить комментарий (0)
Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2018 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.