Вера Федоровна спустилась на этаж ниже... и вдруг увидела: …солдаты в голубых беретах несли что-то тяжелое.
«Десантники, как мой Коля, – подумала она, и тут страшная догадка, словно молния, ослепила ее. – Так это же гроб, цинковый гроб! Нет, нет, это не ко мне… Это к кому-то другому!!!».
В этот момент офицер ступил на лестничную площадку и увидел Веру Федоровну. Некоторое время он печально смотрел на нее и, ничего не говоря, снял фуражку.

Николай ЧЕРГИНЕЦ, "Сыновья".
Вы тут: Главная»Рубрики»Писатели»Интервью»

«В Украине происходит важная трансформация». Сергей Жадан о войне, литературе и угрозах для Беларуси

16/02/2018 в 14:02 "Радио Свобода" УКРАИНА

 

Известный украинский поэт, писатель, переводчик, общественный активист и участник Евромайдана Сергей Жадан выступит сегодня на Международном поэтическом фестивале имени Михаила Стрельцова – «Стрельцовский фестиваль 2018". Он представит книгу своих стихов, вышедшей в серии «Поэты планеты» в переводе на белорусский язык.
 

 

Перед приездом в Минск Сергей Жадан ответил на вопросы корреспондента Свободы.

 

Сергей Жадан

 

«Я еду в Минск к друзьям»

 

– В прошлом году ночью в минском отеле вас задержала милиция, так как еще в 2015-м вам был запрещен въезд на территорию России с формулировкой «за причастность к террористической деятельности». После белорусские власти аннулировали вам запрет на въезд в Беларусь. Вы не боитесь, что нечто подобное может повториться?

 

Архивное фото.

Сергей Жадан показывает штамп в паспорте, что ему запрещен въезд в Беларусь.

Минск, 11 февраля 2017 года.

 

– Да нет, надеюсь на здравый смысл и на то, что на самом деле таких историй больше не будет. Я еду в Минск к друзьям, к людям, которых люблю, с которыми постоянно общаюсь. Я, честно говоря, не понимаю, что тогда за этим стояло и чем руководствовались правоохранительные органы Беларуси.

 

– А в Россию вы имеете возможность приезжать?

 

– Без понятия, я в Россию не езжу с тех пор, как Россия начала войну против Украины.

 

– Значит, Беларусь более безопасная для украинцев?

 

– Мне не важно, больший ли уровень безопасности в Беларуси, но мне кажется, что украинские и белорусские писатели могут как-то сегодня поддерживать контакты и поддерживать друг друга. Поэтому мы с белорусскими друзьями и коллегами контакты и отношения поддерживаем, переводим друг друга.

 

Я уже неоднократно бывал на фестивале Стрельцова – это прежде всего возможность увидеть близких мне людей.

 

– Как раз сейчас в Минске судят корреспондента Общественной национальной телерадиокомпании Украины Павла Шаройко, который был задержан сотрудниками КГБ...

 

– Я это не могу прокомментировать, потому что не знаю всех деталей этого дела.

 

– Когда вы приезжаете в Беларусь, вы чувствуете, что приехали из страны без Ленина в страну Ленина?

 

– Знаете, Ленин – это такая вещь, которая сегодня есть, а завтра может не быть. Пять лет назад в Украине тоже, я думаю, мало кто верил, что памятники могут исчезнуть. Я не думаю, что такие вещи на самом деле определяют наши культурные ландшафты.

 

«О результатах трансформации можно будет пообщаться через несколько лет»

 

– А как в Украине воспринимают Александра Лукашенко? Совпадает ли это с тем, что вы видите и знаете о Беларуси?

 

– Обычно мне приходится контактировать в Беларуси с людьми искусства, с писателями, музыкантами, художниками. И у меня к ним отношение очень хорошее, и между украинской и белорусской творческой средой хорошие отношения. И это как раз пример того, как надо совместно работать, реализовывать совместные проекты и находить возможность для диалога.

 

А какое во всем этом диалоге место для политики? Она чуть сбоку. Я не думаю, что здесь речь идет прежде всего о президенте Беларуси.

 

– Смогла ли Украина за это время избавиться от советского прошлого? Я имею в виду не только памятники.

 

– В Украине сейчас происходят очень важные и серьезные трансформации и изменения. И они как раз не завершились. Это открытый процесс и он продолжится. Поэтому еще рано говорить, когда мы сможем увидеть все результаты. Думаю, об этом можно было бы поговорить через несколько лет.

 

«Там четвертый год идет война»

 

– Чем занимается Благотворительный фонд Сергея Жадана?

 

– Мы поддерживаем детские, учебные, культурные учреждения на востоке Украины, школы, садике, общежития, библиотеки, дома культуры.

 

– Вы часто там бываете?

 

– Я на востоке родился, это моя родина. Регулярно туда возвращаюсь. Там много моих друзей, знакомых, и, по большому счету, там сегодня происходят чрезвычайно трагические, драматические события, которые и будут определять будущее нашей страны.

 

Сергей Жадан

 

Там четвертый год продолжается война. Это максимальное приближение к зоне поражения. Это постоянное присутствие смерти в воздухе. Это постоянная опасность, это жизнь в экстремальных условиях. Это попытка в таких экстремальных условиях дальше заниматься собой, семьей, близкими людьми, заниматься какими-то общими делами. В конце концов, ходить на работу и так далее. Это какие-то сдвинутые акценты людской жизни, человеческого общения.

 

– Вы говорите, что там сейчас решается судьба Украины...

 

– Да. Это такой разлом, который фактически сегодня определяет градус политической жизни, общественной – и культурной жизни также в большой степени.

 

– Когда, по вашему мнению, закончится война и чем она закончится?

 

– Когда закончится, не знаю. А кончится тем, что Украина вернется к контролю над государственной границей, вернет себе оккупированные территории, и мы будем дальше заниматься развитием своей страны.

 

«Человек, который на самом деле интересуется событиями на Донбассе, давно для себя все решил»

 

– Война – тема ваших произведений, но о ней и раньше много писали. Что нового вы могли, на ваш взгляд, сказать о войне?

 

– Мне трудно сказать, насколько написанное мной о войне новое и неизвестное. Человек, который на самом деле интересуется событиями на Донбассе, давно для себя все увидел, понял и решил. Я пишу об этом, потому что для меня это важно. Есть вещи, которые я не могу замалчивать, на которые я не могу не реагировать. По большому счету, я не пытаюсь кого-то избивать, кому-то объяснить. Я просто пишу о том, что вижу сам. Если это кому-то важно и это находит какой-то резонанс – то для меня это что-то значит.

 

– Вы говорите, что война всех меняет. Как она поменяла вас?

 

– Война меняет людей, имеющих ко мне отношения, которых я видел и с которыми встречался. Или поменяла меня? До определенной степени так, бесспорно. Поменялась интонация и точка зрения на такие важные вещи, как ответственность, взаимоподдержка, доверие, надежда, вера. Такие вещи, о которых мы мало задумываемся, которые мы мало проговариваем в нормальных, спокойных условиях. Во время войны они приобретают первичное звучание, вес, и о таких вещах ты начинаешь думать.

 

– На оккупированную территорию вы поехать не сможете, но читатели ваши там есть?

 

– Есть, я с ними контактирую.

 

«Политические катаклизмы породили новую художественную волну»

 

– Можно ли говорить о культурной революции в Украине?

 

– Я бы не употреблял такого термина, как культурная революция. Но то, что все эти события, общественные, политические катаклизмы последних лет родили новую художественную волну, это так. Сейчас у нас чрезвычайно важные вещи происходят в обществе и также в культуре.

 

– Получается, что пока не удалось защитить территорию Украины – но удалось защитить культуру?

 

– Я думаю, что с культурой происходит очень тщательное переформатирование. Прежде всего культурного и информационного пространства. Фактически в течение последних четырех лет Украина переформатируется как государство. Мы фактически начинаем с нуля.

 

Архивное фото. Сергей Жадан в Харькове после избиения.

 

В 2014 году мы внезапно для себя обнаружили, что наша независимость, наша свобода вполне реально может исчезнуть, что мы ее можем потерять. И общество начало само восстанавливать Украину изначально, составлять кирпичик к кирпичику. Камень к камню выстраивать свою независимость снова. Культуры это касается в такой же мере, как Вооруженных сил, или правоохранительных органов, или политической системы.

 

– Запрет российских телеканалов, сериалов, изданий помогает в этом?

 

– Если на каких-то телеканалах или в сериале идут открытые, прямые антиукраинские месседжи, то очевидно, что запрет таких каналов и программ вполне логичен в условиях войны. Помогает? Ну, пожалуй, да, ведь у нас информационная война – важная составляющая гибридной войны.

 

– Ваша книга «Тамплиеры» попала в рейтинг лучших по версии президента Петра Порошенко. Как вы к этому относитесь?

 

– Никак. Ну, попал и хорошо. Это нормально, что президент обращает внимание на украинские музыкальные коллективы, на новинки издательств. Политик так и должен делать.

 

«Украинская литература – это не какая-то секта или гетто»

 

– Вопрос о русскоязычных писателях в Украине. Их сейчас тоже присоединяют к украинской литературе? Решен этот вопрос и какова ваша позиция?

 

– Украинская литература – это не какая-то секта или гетто, или какая-то закрытая система, чтобы кого-то выталкивать или присоединять. В Украине есть большое количество писателей, которые пишут на русском языке. И, по-моему, они себя здесь прекрасно чувствуют.

 

Творческий вечер поэта Сергея желаемое в галерее «Ў» в Минске.

 

– Это как раз тема, которая касается и Беларуси. Вы когда-нибудь сталкивались со Светланой Алексиевич?

 

– Да. И в прошлом году в Минске она поддержала меня, когда со мной случилась история с депортацией.

 

– А для вас это белорусская литература?

 

– Для меня она бесспорно связывается с Беларусью, с белорусской культурной ситуацией. У вас большое количество талантливых, интересных писателей.

 

«Нельзя относиться легкомысленно к своей свободе»

 

– Вы писали, что война в Украине стала испытанием для писателей. Что вы имеете в виду?

 

– Я имею в виду, что культура и литература – это неотъемлемая часть общественной жизни. Это испытание для всей страны, для всего общества, и в том числе и для культуры. Ну, если говорить не в общем, а более конкретно – я имею в виду, что мы проходим в Украине тест на взрослость, на ответственность, и литературы это тоже касается. Каждый для себя сегодня делает выбор – замечать войну или нет, реагировать на нее или нет, или делать вид, что ее нет, и что ты не интересуешься политикой и что она тебя не касается.

 

Я считаю, что война сегодня касается всех и, в принципе, в окопах может оказаться кто угодно, и снаряд может попасть в какое угодно здание. И что это твоя страна, твое общество, и что за тебя никто не будет решать твои проблемы. То есть, я имею в виду такие очевидные вещи, но очевидность не для всех является очевидной.

 

– Как, на ваш взгляд, можно избежать угроз со стороны России? Какой совет вы можете дать Беларуси?

 

– Те вещи, которые происходят в Украине, напоминают, что нельзя относиться легкомысленно к своей свободе, своей независимости, к тому, что у нас есть. Надо самим формировать свое собственное пространство, культурное и политическое. Тогда не будет такой опасности потерять независимость, свободу, другие важные вещи.

 

Мне трудно оценивать ситуацию в Беларуси, я не очень ориентируюсь в белорусских общественных настроениях. Но, по большому счету, и Украина, и Беларусь – соседи путинской России, и кто знает, что может прийти в голову руководителю РФ завтра.

 

«Радио Свобода»

(перевод: Александр Новиков)

Оставить комментарий (0)
Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2018 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.