"Ибо в том, что я пишу и создаю сегодня и буду сотворять завтра, вижу незримую поддержку и улыбку моего страстного, непутевого, горячего в поступках и желаниях, страстях и бедах человеческих, моего незабвенного отца. Может, таким образом облегчу перед ним свою вину, и маленькая девочка с непослушными косами, заплетенными его добрыми руками, перестанет молчаливо заглядывать мне в самую душу".

Ирина ШАТЫРЁНОК, "Старый двор".
Вы тут: Главная»Рубрики»Литература»Критика»

В Союзе писателей Беларуси пробиваются ростки критики?

03/07/2018 в 14:07 Алесь Новікаў СПБ , чиновники от литературы

 

Критик Анатолий Матвиенко имеет в своем арсенале и плетку и опахало. А нужен топор (по С.Морозову). Ранее он неплохо «отхлестал» Н.Чергинца с его псевдороманом «Операция «Кровь», но после спохватился и облизал автора, к которому пошел в услужение, «не жалея слюны, со всех сторон» (тоже по С.Морозову).

 

Однако для отзыва он взял теперь уже коллегу, считай, подчиненного, Сергея Трахимёнка и его повесть в журнале «Нёман» №5 «Бог любит Одессу». Сразу критик берет опахало, при этом приговаривая, что к «Сергею Трахимёнку Всевышний <…> благосклонен». Но ту же откладывает его в сторону, берет плеть и пока осторожно манипулирует ею: не тот жанр обозначил автор, вместо детективного получился криминальный, «так как детективной основы (расследование преступления)» в повести нет.

 

Критик не знает, насколько автор приблизил события в произведении к реальности, но все выглядит достаточно убедительно, – утверждает он.

 

Поскольку А.Матвиенко не скрывает своей русофилии, то не преминул трактовать кровавые события в Одессе 2 мая 2014 года, организованные пророссийскими «сепаратистами» (т.н. «титушками») не без помощи одесской милиции, как «столкновения национал-радикалов и умеренных», тем самым направил щедрый поток на мельницу геббельсовской кремлевской пропаганды. Правда о тех событиях уже давно известна по минутам.   

 

Критик не знает, когда написана повесть. На самом деле, в «Нёмане» опубликована часть романа, который создан два года назад. Описываются события 2007 года. Тем не менее, критик, который мог невнимательно прочесть произведение, возжелал какой-то маячок на первой странице, мол повесть не о современных событиях.

 

Я так и не понял, чем возмущается Матвиенко: ненужной сюжетной линией, или отсутствием трубы, которой кому-то должны были проломить голову, но не сделали этого. Обе сюжетные линии в романе пересекаются всего единственный раз, причем, достаточно условно, – замечает критик.

 

Уже не удивляет А.Матвиенко сценарный стиль автора, который отдает предпочтение указаниям мест действия и голым диалогам. Лишь иногда встречаются рассуждения. А еще, «автор, как обычно, во многих эпизодах пренебрёг визуализацией. Далеко не у всех персонажей описана внешность. Часто отсутствуют интерьеры, проигнорирована обстановка «съёмок вне павильона». Здесь критик демонстрирует познания в режиссуре. Понятно, почему.

 

Матвиенко еще не выпускает плеть из руки. Оказывается, «длинные диалоги состоят из одних лишь реплик персонажей, там нет ничего кроме прямой речи». Но, спохватившись, критик меняет инструмент, и вот уже в его руках опахало, которым он вяло машет: ясно, что «действующие лица всё же двигаются, жестикулируют, на лицах играет мимика», но «Трахимёнок оставляет свободу воображению читателя». Это и плюс и минус, – считает критик.

 

Оказывается, не совсем хорошо, что в повести «полное отсутствие попыток мультиязычной игры слов». Есть лишь единственная зарисовка. Но здесь же А.Матвиенко по ходу задевает роман «Ликвидация», в котором С.Трахимёнок, по мнению критика, просто злоупотребил одесским говором. В общем, критиу не угодить.

 

И вот А.Матвиенко подводит какой-то своеобразный итог, зная при этом, что получает некий абстрактный Читатель. А он «…получает не то, что рассчитывал увидеть, исходя из названия и первых страниц…». И дальше критик все же называет известного писателя С.Трахимёнка «хорошим мальчиком», который подтвердил свою квалификацию.

 

***

Конечно, бросаться из крайности в крайность – непозволительно. Не могу отнести эту критику к продуктивной в связи с ее некоторой эмоциональностью. Я так и не узнал, о чем повесть и что автор хотел донести до читателя?

 

Хорошо помню еще один отзыв А.Матвиенко: «Остросюжетный роман. Учимся у Сергея Трахимёнка». В своем фирменном стиле – кнута и пряника (плети и опахала) – он разбивает в пух и прах повесть С.Трахимёнка «Уехать в Париж». Мне трудно сказать, обоснованно, или нет. Критик, в основном, касался технических деталей.

 

Помню, что я писал отзыв на замечательный, достаточно психологический, в чем-то автобиографический роман С.Трахимёнка: «Сергей Трахимёнок: «Синдром выгорания».

 

У меня всего один вопрос: зачем литчиновник А.Матвиенко обратился к повести одного из лучших писателей СПБ С.Трахименка и опубликовал достаточно проблемную критику не нее? Для этого должна быть причина. Вопрос не возник бы, занимайся А.Матвиенко критикой регулярно.

 

 

Алесь Новікаў


 

Сергей Трахимёнок                                                                               Анатолий Матвиенко

 

Бог любит Одессу, а читатель – Сергея Трахимёнка
 

Впрочем, судя по опубликованной в «Нёмане» 5-2018 повести «Бог любит Одессу», к автору этого произведения Сергею Трахимёнку Всевышний тоже благосклонен.

 

Сразу подкупает завязка детектива… нет, скорее, жанр относится к криминальным, так как детективной основы (расследование преступления) здесь нет. С первой страницы читатель узнаёт, что повествованию предстоит разворачиваться в Украине, где оперработнику киевской СБУ дано учебно-профилактическое задание в Одессе для проверки бдительности местной службы безопасности. Получение задания сопровождается «накачкой»: оно не столь простое и безобидное, как кажется на первый взгляд, «дадут обрезком трубы по загривку, жить будешь, но со службой придётся расстаться» (с.5).

 

Причинение увечий – криминально, но основную смысловую нагрузку принимает на себя вторая сюжетная линия, касающаяся незаконного оборота синтетических изумрудов и вымогательства. Автор демонстрирует осведомлённость в делах уголовного мира, подчёркивает различия «деловых», «блатных» и бандитов. Сложно сказать, насколько это приближено к действительности, но звучит убедительно, атмосферно, заставляет поверить в реалистичность описываемых событий.

 

Восприятие происходящего в повести сложно оторвать от впечатлений, связанных с современной Украиной, где повседневная жизнь политизирована до невозможности, население подвергается массированной пропагандистской накачке с единственным рецептом решения всех проблем – проголосовать за «правильную» партию, а непременным фоном служат сообщения с юго-востока о боевых действиях в Донбассе. Поэтому описание операции СБУ в Одессе, где все помнят о сожжённых заживо десятках людей в результате столкновения национал-радикалов и умеренных, невольно приводит к ожиданию чего-то, связанного с «агрессией России», причём данная тематика выглядела бы неприемлемой в государственном журнале страны, чьё руководство щепетильно придерживается нейтралитета в конфликте вокруг Донбасса и Крыма. В общем, читатель невольно ждёт чего-то горяченького, сенсационного, злободневного… и ощущает облом. События имеют место до Майдана 2014 года, о чём я догадался, когда были озвучены цены в Одессе в курортный сезон. Они явно из тех лет, когда доллар стоил семь гривен.

 

В общем, я подозреваю, что повесть написана давно – во времена Януковича или даже Ющенко. Либо в наши дни, но с обращением к той ушедшей и сравнительно спокойной эпохе. Считаю, что на первой же странице нужно было кинуть какой-то маячок и не вводить читателя в заблуждение, что перед ним предстанут картины современной Украины. Не обязательно указывать год, достаточно персонажу обратить внимание на плакат вроде «Партия Регионов уверенно ведёт Украину к светлому будущему». Или услышать новость из радио о встрече на высшем уровне Януковича и Путина.

 

Сюжетная линия, заявленная вначале как операция СБУ, проведена достаточно спокойно. Никто никому не проламывает голову трубой, как было обещано. Откровенно говоря, я вообще не понял, зачем она. Блестяще прописана история химика, создавшего имитацию натуральных изумрудов, у меня создалось впечатление – автору даже не хватило объёма, потому что идей и накопленной информации было запасено гораздо больше. Вероятно, стоило сконцентрироваться на одном, не разбрасываться.

 

Обе сюжетные линии пересеклись единственный раз в финале, и, надо сказать, это пересечение достаточно условное, два человека случайно оказались в одном месте и в одно время. А если бы не оказались, ничто бы особо не изменилось.

 

Впрочем, все это вкусовое. На усмотрение автора.

 

О стилистике и подаче материала. Будучи знакомым с другими произведениями Анатолия Трахимёнка, я не удивился его сценарному стилю с предпочтением указания места действия и голых диалогов, остальное – минимум. Иногда – рассуждения. Автор, как обычно, во многих эпизодах пренебрёг визуализацией. Далеко не у всех персонажей описана внешность. Часто отсутствуют интерьеры, проигнорирована обстановка «съёмок вне павильона», правда, здесь есть исключение – удачно воссозданный в тексте вещевой рынок под Одессой.

 

Длинные диалоги состоят из одних лишь реплик персонажей, там нет ничего кроме прямой речи. Никаких «задумчиво подошёл к окну», «почесал переносицу», «вонзил горящий взор» и т.д. (прошу прощения за штампы). Надо думать, действующие лица всё же двигаются, жестикулируют, на лицах играет мимика. Трахимёнок оставляет свободу воображению читателя.

 

У такого подхода есть плюс: радикально экономится место, появляется возможность вставить больше событий, да и отвык современный читатель от тургеневских длиннот и экспозиций. Есть и минус: воображение требует текстовых подпорок.

 

Бросилось в глаза полное отсутствие попыток мультиязычной игры слов. Всё же Одесса, «ой вей, Фима, не делайте мне больные мозги». По моим наблюдениям, современные одесситы, вполне себе славяне, обожают слэнг, замешанный на идишизмах и еврейском фольклоре. Единственная зарисовка в местном колорите коснулась перепалки на автобусной обстановке.

 

В Одессе, преимущественно русскоязычной, слышен и украинской говорок, для атмосферности стоило подкинуть пару-тройку украинизмов из числа понятных русскоязычному читателю. Но, возможно, у Трахимёнка проявился своеобразный нонконформизм: начиная с «Ликвидации» наблюдается злоупотребление одесским говором, не исключаю, автор решил не следовать слишком затоптанной дорожкой.

 

Подвожу итог. Читатель получает не то, что рассчитывал увидеть, исходя из названия и первых страниц, но, тем не менее, вполне добротное, качественное, высокопрофессиональное произведение. В литературе как в современном боксе, чтобы подтвердить чемпионский пояс, нужно регулярно выходить на ринг. Трахимёнок вышел и подтвердил квалификацию.

 

Анатолий МАТВИЕНКО

(источник)

Оставить комментарий (0)
Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2018 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.