Ранней старости одиночество – затянувшийся холод весны.
Что-то хочется и не можется, – вот покоя бы, тишины…
Ночь приходит – заходит без стука. Заходи! Вдруг вдвоем веселей?
Что ломаешься, старая сука, – не напьешься всё крови моей?..

Валерий ГРИШКОВЕЦ, «Ночь одиночества».
Вы тут: Главная»Рубрики»Литература»Критика»

Исследование состояния отечественной литературы: помощь или наблюдение за «пациентом»?

06/05/2018 в 15:05 Алесь Новікаў беларуская літаратура , общество

 

От своего обоснованного мнения о коматозном состоянии отечественной литературы пока не отказываюсь. Но вот на «пациента» обратил внимание авторитетный Центр социологических и политических исследований БГУ (ЦСПИ). Интересно, что его основные задачи не связны с литературными процессами. Лишь опосредованно отечественная литература, ее состояние, оказывают скудное влияние на социум.

 

 

Сотрудники ЦСПИ работают над объемным проектом «по исследованию литературного поля Беларуси». Это дорогостоящее мероприятие, поэтому вызывает интерес – кто является его заказчиком?

 

Изучаются «мнения экспертов: авторов, литературных критиков, издателей, редакторов литературных журналов, дистрибьюторов литературной продукции, читателей, всех, кто находится в литературном поле Беларуси и играет определенную роль в литературной системе Беларуси». Примечательно, что в число экспертов – их несколько десятков – попали независимые критики Ирина Шатырёнок и ваш покорный слуга. Приятно, что я принимаю участие в знаковом исследовании в истории Беларуси, важном именно сейчас, когда литература находится в упадке, по сути – не развивается и даже медленно, но уверенно деградирует.

 

Исследователи используют метод «глубинного интервью». Вероятно, это дает больший эффект, чем опосредованное общение с помощью Интернета. Поделюсь своим впечатлением и мнением по различным вопросам.

 

Затрагивалось немало глобальных тем. Они оформлены почти тремя десятками вопросов, которые важны и требуют широкого освещения. На портале обязательно будут рассмотрены некоторые темы в отдельных материалах. Постановка емких вопросов – одна из заслуг исследования. Ведь многие проблемы не рассматривались даже литературными экспертами.

 

Можно ли ответить коротко, например, по следующей теме: «Роль, значение и задачи литературного критика в обществе и литературной системе Беларуси»Конечно, нет. Однако я постараюсь кратко высказать свое мнение по всем вопросам.

 

О роли и значении критика в обществе можно говорить лишь при наличии института критики. А его нет (я рассматриваю исключительно литературную систему Беларуси). Более того, в нашей стране практически исчезли критики текущей литературы. Причины известны.

 

Единичные независимые критики, конечно, имеют некие задачи (цели), но не в обществе, а в литературной среде, микроскопическом срезе социума.

 

Следует сказать честно: в Беларуси один литературный критик, который постоянно занимается на профессиональной основе анализом текущей литературы, литературных процессов и отношений в литературной среде.

 

Примечательно, что я обогатился теоретически или узнал новое звучание известных мне понятий уже в процессе опроса, и далее буду расширять свой запас терминов. Так меня несколько озадачило выражение «символическая ценность». Как создается символическая ценность? Иерархия между инстанциями, доля участия авторов, критиков, самого эксперта.

 

Оказывается, символическую ценность можно сравнить с ОБС – «одна бабка сказала». Т.е. она сводится к эмоциональной оценке произведений. Читатель передает собственное впечатление знакомым, автор расхваливает свою нетленку, а критики (псевдокритики, рецензенты…) «раздувают из мухи слона». Да, это присутствует у нас сплошь и рядом. Создается искаженное (выгодное автору, издательству…) мнение и читатель, понятно, дезинформируется. Возможно, отсюда и практическое отсутствие интереса к критике (критикам) у представителей социума – читателей, особенно – ценителей литературы.

 

Могу с твердой уверенностью сказать, что не участвую в создании символической ценности. Переболел этим на самой ранней стадии своей деятельности.

 

Можно ли говорить о «хорошей литературе»? Что это такое? Какие имеются критерии, характеризующие «хорошую литературу» в общем, и «хорошую» белорусскую литературу в частности?

 

Собственно литература структурирована. Основные группы: графоманская (некачественная литература), откровенное чтиво, бульварная литература, так называемая «мидл-литература», интеллектуальная литература из которой и формируется со временем классика. Любая из этих литератур (кроме первой) может быть «хорошей», «не очень» или вовсе «плохой». Поэтому можно говорить лишь об уровне литературы, художественной составляющей. А критерии в этом случае – высокий уровень художественности, актуальность, познавательность, полезность для личности, уровень подачи…

 

Адресатами литературно-критической деятельности являются в первую очередь авторы. Также интеллектуальные читатели, которые серьезно увлекаются литературой. Кроме того, издатели, руководители творческих союзов, государственные структуры, входящие в литературную систему (у нас – Министерство информации, которое создало странное понятие «социально значимая литература», что позволяет неплохо кормиться многим посредсвенностям из числа литературных чиновников и их поплечников)…

 

Мои основные практикуемые формы коммуникации с читателями и авторами – опосредованные. Чаще используются возможности Интернета. Однако есть доля непосредственного общения – беседы, интервью с писателями и другими творческими людьми, бумажные издания, СМИ.

 

Выбор литературных произведений и авторов для рецензирования (критики) довольно прост. Понятно, что сейчас не 19 век и литературные потоки можно сравнить как ручей и бурную горную реку соответственно. И это несмотря на то, что в 19 веке в России литературная жизнь была достаточно бурной. Однако сейчас графоманы и посредственности, особенно инициативные, деятельные, просто забивают талантливых писателей. Критик не может себе позволить обзоров в стиле В.Белинского. Поэтому я использую результаты конкурсов, награждений премиями, званиями... Т.,е меня в первую очередь интересуют произведения лауреатов и обладателей высоких премий. Также произведения литературных чиновников и их поплечников, которыми забиты немногочисленные литературные издания. Нет никакого смысла критиковать произведения неизвестных безобидных посредственностей или даже графоманов.

 

У нас нет профессии критика. Поэтому литературно-критической деятельностью можно заниматься постоянно, на профессиональной основе, или она может быть увлечением. Часто обращение к критике является эпизодическим. По-моему, говорить о призвании в этом случае не приходится, поскольку следует определиться с понятием «призвание». Это влечение или нечто извне?

 

Конечно, можно совмещать литературно-критическую деятельность с другой профессиональной деятельностью. Что, кстати, часто и происходит. В том числе и со многими писателями творческих союзов – писательство является увлечением, не основным видом деятельности. Для профессиональной деятельности главный критерий – регулярность.

 

Литературные успехи, успехи в литературной сфере всегда приятны. Но они очень редки, как вкрапления золота в огромных массах руды. Моя задача – поиск таких успехов, а также перспективных, талантливых авторов. И я нахожу их.

 

Каково соотношение между профессиональной и непрофессиональной, любительской литературной критикой в Беларуси? Понятно, что мое заключение будет носить интуитивный характер, но оно достаточно обосновано опытом. Практически вся критика (текущей литературы) в Беларуси любительская. Критические материалы обязаны отвечать определенным требованиям. Основное – минимум эмоций и максимум объективности. К сожалению, критика (рецензии, отзывы, расширенные аннотации…) в большинстве своем эмоциональные. Потому я делаю заключение, что лишь 5-10 процентов критических материалов соответствуют понятию «профессиональные». В связи с этим мне известны не более полудюжины достаточно объективных критиков.

 

Можно ли охарактеризовать некоего «хорошего критика»? Полагаю, категория оценки и в этом случае не подходит. Трудно сказать, кто такой «хороший критик». Например, «хорошим критиком» для писателей является производитель слащавых рецензий. Но такой «критик» (рецензент) оказывает губительное влияние на литературу. Можно говорить об эталоне критика, тех качествах, к которым следует стремиться. Удивительно, но литературные институты не определяют понятие «методология критики». А ведь именно ей, научной методологии, и необходимо следовать. Нет методологии – есть хаос в критике.

 

Эталоном критика может являться личность с немалым жизненным опытом, увлеченная литературой, начитанная, с широким кругозором, обладающая высоким уровнем мышления, которое позволяет рационально с наибольшей объективностью исследовать тексты (произведения) и давать обоснованные заключения. Необходим определенный уровень владения теорией критики и литературы. Для привлечения широкого круга читателей, такой критик может использовать литературные приемы и минимум эмоций. 

 

Наличие филологического образования играет роль, если оно истинное. Не только многие известные критики, но и писатели 19-20 веков «поглотили» огромное количество литературы (начитанность), что и позволило им стать знаменитыми. Не все они имели филологическое образование. В нашей реальности такое образование может даже вредить критику.

 

Сотрудничество критика с литературными журналами, издательствами, авторами желательно. Однако в наших условиях оно имеет свою специфику. Государственным литературным изданиям критики не нужны. Это можно отнести и к некоторым негосударственным журналам. Например, к «Дзеяслову». Считаю отказ от критики – ошибкой литизданий. Такая позиция как раз и способствует застою в литературе.

 

Существуют ли современные полемики в литературной системе Беларуси? Каково их значение для моей литературно-критической деятельности?

 

Уровень полемик (дискуссий, диалогов) минимален и даже близок к нулевому. Они протекают вяло. К ним практически никакого отношения не имеют академические литераторы и представители писательских союзов. В какой-то степени лучше обстоят дела в Союзе белорусских писателей. Вообще, этот союз заметно выгоднее смотрится на литературном поле Беларуси по отношению к Союзу писателей Беларуси, который оказывает достаточно негативное воздействие на литературу и литературные процессы. Его можно сравнить с вирусом, который поразил литературу более двенадцати лет назад и после этого она стала чахнуть ускоренными темпами, пока не впала в кому. 

  

Для меня даже редкие полемики и дискуссии важны. В результате приобретаю дополнительный литературно-критический опыт. Сам стараюсь вовлекать в дискуссии и радуюсь, если это делают другие.

 

Понятно, что в настоящее время возрастает роль Интернета в жизни людей. Я использую его возможности в максимальной степени. Однако предпочитаю литературу на бумажных носителях. Подавляющее количество моих произведений размещены на просторах Интернета.

 

Можно ли говорить о специфике (особенности) белорусской литературы? Словосочетание «белорусская литература» здесь я понимаю, как «отечественная литература». В таком случае, специфика есть – литература на двух языках. И у нас, в отличие от Канады, Швеции, да и России, Украины между группами литераторов, разделенных по языковому признаку, имеются, в некоторой степени, антагонистические отношения.

 

Кроме того, следует признать, что у нас слабы литературные традиции, по отношению к тем же Украине и России. Не говорю уже о европейской литературе.

 

Интересно, что наши русскоязычные писатели не котируются в России. Это емкая тема.

 

Какова роль современной белорусской литературы в обществе? Здесь также я вынужден говорить о русскоязычной и белорусскоязычной литературах. К сожалению, из-за катастрофической ситуации с белорусским языком (по данным Ю.Зиссера – ТUT.by – на его портале не более 5% пользователей интересуются материалами на белорусском языке), отсутствием ярких писателей, роль белорусскоязычной литературы в обществе минимальна. Однако и наша русскоязычная литература, в силу того, что рынок заполонен российскими литературными поделками, рассчитанными на массового читателя, практически никакого влияния и роли в обществе не имеет. Это реальность, если хотите – данность.

 

Специалисты ЦСПИ ответственно подошли к исследованию. По их данным, многие люди воспринимают автора как белорусского, если он пишет на белорусском языке (по результатам количественного опроса населения Беларуси). Каково мое отношение к этому?

 

Я его не раз высказывал – это ошибочное мнение. Но академические литературоведы молчат. А ведь это одно из самых ключевых определений в литературе.

 

Исходя их этого мнения, нет канадской, австрийской, швейцарской да и российской литературы (ведь нет российского языка). Вообще, авторство определяется исключительно по отношению к гражданству писателя. Такое я нахожу в мировой аналитике. Канадские писатели создают произведения на французском и английском языке. Но они не могут считаться французскими или английскими авторами. Даже «английская литература» – это литература Англии. Но есть еще литература Великобритании. Никому в голову не придет американских писателей называть английскими только потому, что они пишут на английском (американском английском) языке.

 

Иосиф Бродский был российским (нередко указывают «русским») и американским писателем.

 

Одним из приобретений для меня стало понятие «литературный канон», которое подразумевает классику. Какое мое отношение к литературному канону в Беларуси в общем и к дискуссиям относительно школьного канона в частности?

 

Дело в том, что классиков создает время и литературные чиновники. Время все расставляет по своим местам. Считаю, что уже, в большей степени, выработалось отношение общества к классикам. Многие известные фигуры в литературе все же остались на своих местах. Классика – это то, что позволяет развиваться литературе. Даже, если произведения канонизированных писателей несколько устарели.

 

Со школьным каноном у нас серьезная проблема. В школьные, да и вузовские программы, в буквальном смысле «пищём лезут» литчиновники со своими посредственными произведениями, да еще проталкивают и поплечников. Особенно страстно этим занимаются в СПБ. Возможно, последний скандал, связанный с принципиальной позицией литературоведов Министерства образования, охладил пыл некоторых литераторов бюджетного союза писателей, желающих видеть свои нетленки в школьных программах.

 

В учебных программах должны быть произведения, проверенные временем и получившие заключения соответствующих экспертов.

 

Что можно сказать о соотношении между элитарной и популярной литературами в Беларуси в общем и в белорусской литературе в частности?

 

И в общем, и в белорусскоязычном секторе литературы оно не в пользу элитарной, которой неимоверно мало. Думаю, менее 1%. К сожалению. Удивительно, но писательские союзы не заинтересованы в рекламе и продвижении элитарной литературы, поскольку литчиновники и поплечники на ее фоне – просто графоманы.

 

В Беларуси полностью отсутствует конкуренция между критиками в силу их немногочисленности. Один критик (текущей литературы) не может составлять себе конкуренцию.

 

Состояние литературной критики в Беларуси плачевное. Это данность. Критические материалы не найти днем с огнем. Сплошь некие рецензии, отзывы, рекламные зарисовки, развернутые аннотации… О чем говорить, если Союз писателей Беларуси несколько лет назад полностью разогнал критиков и на критической деятельности в этом писательском объединении поставлен жирный крест. Отсутствует критика в литературных изданиях, включая издания СБП. Ведущие СМИ страны, в том числе и государственные, не имеют литературных колонок, и критикам нет в них места.

 

Литературная критика в Беларуси на популярность автора и на число продаж книги практически не влияет, или влияние мизерное. Это связано со спецификой белорусской книжной торговли и книжным рынком вообще, наводненном российскими поделками. Здесь играет даже наибольшую роль символическая ценность. Лишь единичные авторы негосударственного сектора раскручиваются издательствами, в том числе и за счет псевдокритики.

 

В рамках присуждений литературных премий критика могла бы оказывать влияние и какое-то время оказывала. Но в негосударственных конкурсах и премиях. К ним, например, относятся «Премия им. Е.Гедройца», «Первая глава», «Дебют». Однако и здесь сейчас наблюдаются проблемы: критика оказалась по-за конкурсами, а, значит, на лауреатство влияния не оказывает.

 

Соотношение между литературной критикой и литературоведением в Беларуси, насколько они выполняют разные функции в литературной системе?

 

Вне академических стен литературоведения практически не существует. Разность функций кроется в определениях. Литературоведы изучают литературу. Они могут высказывать и критические мнения (обоснованные). Критики же изучают объекты критики – в основном, произведения, как отдельные, современные (текущая критика), так и произведения прошлых лет. В силу слабости литературной теории иногда трудно отличить критическую работу от литературоведческой.

 

Для меня значение теории и истории литературы в рамках собственной литературно-критической деятельности имеет прикладное значение. Особенно история литературы. Что касается теории литературы, то она важнее, поскольку позволяет создавать более качественные материалы. В силу ее слабости, приходится очень многое перерабатывать под современность.

 

В некоторой (минимальной) степени, литературные премии влияют на карьеру автора. Ограниченность влияния связана с необъективностью конкурсов. В большей степени некоторые премии подобны, например, советскому значку «Готов к труду и обороне» на набедренной повязке какого-нибудь аборигена.

 

К сожалению, литературные премии в силу кулуарности и предопределенности, на литературный процесс в Беларуси оказывают негативное влияние. Это инструмент уничтожения литературы, а не ее развития.

 

Ближайшее будущее белорусской литературы видится в серых и темных тонах (туманное). К сожалению, продолжаются самые худшие советские литературные традиции, невероятно мутировавшие в настоящее время. Отсюда застой и даже медленная деградация. Для творчества необходима свобода. Наша же творческая элита неимоверно политизирована. Это сказывается и на условиях отдельных конкурсов. Для контраста можно привести примеры бурного развития литературы, например, в Украине, Литве, Латвии (на портале публиковались обзоры).

 

Полагаю, что в Белорусской литературе наступит-таки состояние неизбежного поворота в цивилизованное русло ее развития.

 

Сборник критических материалов и публицистики, 2012г.

 

Есть ли какие-то пути и способы поддержки и продвижения художественной литературы в Беларуси? Конечно, пути всегда есть. Но они могут быть скрыты (занесены чем-то). Либо быть запасными и ожидать своего часа.

 

Самое главное – возвращение в литературу (в т.ч. литературные издания) критики. Трудно сказать, кто это способен сделать из нынешних чиновников литературных и государственных, ответственных за литературу.

 

Организация объективных конкурсов. Тоже при существующей системе невозможное желание.

 

Не менее главное – освобождение писателей от различных идеологических, политических, националистических и иных установок. Поверьте, кто-то из свободных писателей найдет способ даже показать положительные стороны нашей жизни, которые все же есть.

 

Чтобы изменить ситуацию в литературе, нужны кардинальные изменения, непременно в государственном секторе литературы: литературных изданиях и СМИ и особенно в Союзе писателей Беларуси.

 

Полагаю, емкое исследование Центра социологических и политических исследований БГУ – это существенная помощь отечественной литературе. Оно оголяет многие заскорузлые, порой неприглядные проблемы в отечественной литературе...

 

 

 

 

Алесь Новікаў

Оставить комментарий (0)
Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2018 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.