Сцвярджаюць гісторыкі і мовазнаўцы
Што паступова сціраюцца грані нацый
І, нібыта як перажытак,
            аджыць павінна абавязкова
Мова маці маёй – беларуская мова…
Што мне, як імя ўласнае, блізкая і знаёмая,
Што па жылах маіх цячэ
                      і сонным Сажом і Нёманам.

Рыгор БАРАДУЛІН
Вы тут: Главная»Рубрики»Литература»Критика»

Два стихотворения «позднего» Валерия Гришковца

09/01/2018 в 13:01 Алесь Новікаў поэзия , поэты

 

«Поэзия говорит не описаниями, а картинами и образами; поэзия не описывает и не списывает предмета, а создает его».

В.Белинский

 

«…не тот поэт, кто рифмы плесть умеет и, перьями скрыпя, бумаги не жалеет».

А.С.Пушкин

 

С поэзией у Валерия Гришковца все в порядке. У него мало «проходных» стихотворений. Во всяком случае, в опубликованном. Автор создает именно образы, и даже обращаясь к себе, своей биографии не отступает от них.

 

В сердце моем глупом расцветали розы

Душу выстилали чистые снега…

Что ж не отодрать мне тело от коросты

Что же мысли где-то ниже каблука?

 

«Возвращение»

Валерий Гришковец

(фото А.Новикова, декабрь 2011г.)

 

Разве можно это сравнить, например, с аврутинскими натужными стихами? В отличие от А.Авруина Валерий имеет свой стиль, никому не подражает. Конечно, у него можно найти есенинские мотивы. Однако мотивы – это не стиль. Они могли быть у кого-то и до Есенина, поскольку обращение к себе, описание картин природы, выраженное в свободной, мощной литературной форме, встречается часто.

 

Ко мне попали два поздних стихотворения В.Гришковца. Они относятся примерно к 2010 году. Выскажу свое мнение и приглашаю к обсуждению читателей, критиков. Кто смел, конечно.

 

Он выскочил с верёвкою на шее.

12 на часах. И 7 минут…

Прохожие, завидя, столбенели.

А он бежал, неистов, длинен, худ.

Да от кого? К кому? И что виною?

Ни слова не роняя, лишь хрипя.

И только ночь да ветер за спиною.

Кто остановит, глупого, тебя?..

Слепая ночь. И нет почти прохожих.

Милиция? Ищи её свищи…

Остановись! Вернись домой, хороший,

Того, что неизбежно, не ищи.

Оно придёт, оно всего сильнее –

Что тут любовь и страсти,

и барыш?..

А он бежит! Петля висит на шее –

Беги-беги, авось да убежишь…

 

 

Это, несомненно, образ, поскольку в реальности подобная картина маловероятна. Он мог быть навеян автору как раз, когда поэт возвращался домой. Не стану гадать. Разберу стихотворение с точки зрения версификации, художественности и собственно описываемых событий.  

 

В каждом произведении автор может выступать как героем, так и создателем картины или наблюдателем.  Здесь автор – наблюдатель. Он как бы непосредственно видит человека, находится с ним рядом. Т.е., сам прохожий.

 

О сути. Кто-то совершил неудачный суицид. Выскакивает из подъезда в слепую ночь. Прохожие недоумевают и столбенеют. Один из них сочувствует неудачнику (явно или мысленно). И в конце неуверенно заключает – беги, может, от смерти убежишь…

 

Я пересказал события. Однако необходимо помнить, что это образ. Мог автор себя видеть в этом образе, поскольку находился на перепутье жизни, в самом сложном ее периоде? Вопрос не праздный.   

 

В стихотворении есть неточности. Вообще, думаю, оно несколько сыровато и поэт поленился его доработать. На часах 12:07. Это день. Понятно, что в такое время немало прохожих. Но что я нахожу дальше? «Слепая ночь и нет почти прохожих…». Явное противоречие. А ведь не портит ритм «24 на часах и 7 минут…».

 

Далее вполне резонен вопрос – откуда глухой ночью прохожие (немало)? Могут быть случайные прохожие.

 

Описание автором события в качестве стороннего наблюдателя, возможно, и не присутствовавшего рядом (помните, что это образ и наблюдатель мог быть на балконе, например, да просто в своем рабочем кабинете и придумывать ситуацию), переходит в контакт: «Кто остановит, глупого, тебя?.. Остановись»! Вернись домой…» Хотя понятна авторская мысль и обращение может быть внутренним порывом, но нет перехода между ракурсами. По форме должно быть «Кто остановит глупого его».

 

Далее появляется конкретика, которая может быть приписана автору, поскольку он (прохожий, наблюдатель) не может знать о несчастном подробностей – «что тут любовь и страсти, и барыш». Если о любви и страстях еще можно догадаться, то о барыше – нет. Скорее всего, он появился для рифмы к «убежишь».

 

Вызывает вопросы следующее наставление: «Того, что неизбежно, не ищи». Можно искать выход из какой-то ситуации – варианты решения проблемы. Но как можно искать неизбежное, если оно уже известно?

 

Таким образом, если доработать стихотворение, то может получиться неплохое произведение. К версификации претензий нет.

 

Конечно, можно отозваться о стихотворении в стиле современных псевдокритиков. Поразмышлять о причинах суицида (пол страницы) о худобе несчастного (четверть страницы), повторит ли он попытку или успокоится (пол страницы), поразмышлять о сердобольности одного из прохожих (наблюдателя), возможен ли перенос на автора… Добавить к этому красок, эмоций и читатель пустит слезу со второго абзаца и пойдет за валидолом. Однако это не мой стиль.

 

***

 

Не стоит село без праведника.

                                                                       Поговорка

 

Деревенский дурачок (Андрей Воротилов)

 

В каждом местечке есть свой дурачок.

Вот он бежит, грозно машет клюкою,

Напрочь лишенный сомнений, покоя,

Зло покарает, низвергнет порок.

 

Вот подбежал он, неистовый, злой,

Палкой колотит по сходням сельмага,

И отступили пропойца, бродяга,

Скромно блудница закрылась рукой.

 

Встал на крыльце – словно правда сама,

Брызжет слюною на флаг сельсовета,

Тут бы другого, конечно, за это…

Он же в местечке – и суд, и тюрьма

 

Вдруг как осекся, скрутился, затих,

Будто бы яростью враз подавился,

Словно, все поняв, себе подивился –

Ужас прозренья скривил его лик.

 

Как он рванул со ступеней!.. Костыль

Шмякнулся наземь со звоном, со стоном!

Каждый тут понял, что значит, что сто́ит.

Долго висела над площадью пыль…

 

Это стихотворение более совершенно: отсутствуют неточности, события описаны ярко, присутствует художественность. Понятна направленность произведения.

 

Конечно, сомневаюсь в точности поговорки, но бывают в селах подобные люди. Их называют за глаза или прямо «дурачки», «убогие», «юродивые»… и принимают как данность, как людей, обиженных Богом. Потому понятна реакция односельчан на поведение дурачка.

 

Заметьте, ему не нравится флаг. Вспомним – стихотворение написано в 2010 году. Нет указаний, что это советское время. И место действия, как я понимаю, Беларусь. Здесь убогий выглядит оппозиционером. Впрочем, среди оппозиционеров, а точнее – «псевдоопозиционеров» (революционеров) хватает убогих.

 

Мой мозг отказался воспринимать стихотворение, начиная с предпоследней строфы. Почему дурачок осекся и затих? Что он мог понять? Какое прозренье его повергло в ужас?

 

Далее. Почему, исходя из непонятного поведения убогого односельчанина, каждый понял, что он значит и чего сто́ит? Ведь они не знают причины смены настроения дурачка…

 

Подобные развязки или места в произведениях меня обескураживают и вызывают разочарование. Несомненно, автор знает, что имел в виду. Но, создав образ, он не смог его донести до читателя в понятном виде. Хорошо, В.Гришковец жив и сам может рассказать, что имел в виду. А мне остается догадываться, что пыль – это грехи…

 

Алесь Новікаў

Оставить комментарий (2)
Система Orphus

Нас считают

Рейтинг@Mail.ru

Откуда вы

free counters
©2012-2018 «ЛитКритика.by». Все права защищены. При использовании материалов гиперссылка на сайт обязательна.